Рассказы и повести писателей-народников 70-80-х годов XIX века, отображающие жизнь русского крестьянства в пореформенный период: разорение деревни и процесс ее капитализации

Хеддо прогневал страшное божество, которое гонится теперь за ним и его другом Этихо. Сильно и беспощадно божество, и нету уже почти никакой надежды избежать его страшной мести. Но случайно придя к избушке старца Оффы, друзья неожиданно обретают покровительство Единого Бога, который защит их…

Вино способно творить чудеса и новые миры. Джей Макинтош, писатель, который не пишет, безнадежно застряв в прошлом, находит шесть бутылок домашнего вина, чудом сохранившихся со времен его детства, о котором он вспоминает с острой ностальгией, наслаждением и горечью. Чудаковатый старик-садовод, навсегда перевернувший жизнь Джея, а потом исчезнувший без следа, создал вино, которое переворачивает жизнь. Поиск себя, своего места в мире, своего потерянного таланта гонит Джея прочь из Лондона во Францию, где он находит то, что, казалось, было навеки утрачено. Бесподобный роман Джоанн Харрис «Ежевичное вино» — о чувствах и чувственности, о винах и вине, о правде, дружбе и волшебстве, о любительской алхимии

Книга кандидата педагогических наук, доктора Н.В. Кораблёва пропагандирует оздоровительные задачи физической культуры для работников умственного труда. Автор убедительно доказывает необходимость систематической физической тренировки для сохранения здоровья и трудоспособности, даёт практические советы врача — какими видами физических упражнений и как следует заниматься, приводит типовые комплексы ежедневной гимнастики для различных, по состоянию здоровья, контингентов

Из рецензии Ольги Балла, "Частный Корреспондент", http://www.chaskor.ru/article/otrazhaetsya_nebo_33143: ...именно такой вопрос с давних пор занимал и меня: возможна ли проза с внутренней динамикой, с ясными внутренними структурами, которые не были бы зависимы от сюжета и не нуждались бы ни в нём, ни (даже) в обречённых на заданные роли персонажах с их отношениями, развитием и прочими условностями? Так вот: как бы там ни было, теперь я знаю: возможна. Елене Кассель это удалось. И удалось тем вернее, что такой цели она перед собой не ставила. (Большое, наверно, само идёт в руки, когда за ним не охотишься и делаешь вид, что занят чем-то другим. Или, что ещё лучше, действительно чем-то другим и занимаешься.) Она просто писала – и продолжает по сей день – заметки о повседневно чувствуемом в Живой Журнал, под ником mbla. Такую внешне-внутреннюю, с нераздельностью внешнего и внутреннего, хронику существования. И всё.   ...  Можно сказать, что это – книга счастья (понятого, опять же, не как совокупность внешних обстоятельств, но как внутренняя оптика и пластика; как полнота и объёмность жизни – и внутренняя готовность к ней). Елена Кассель особенно восприимчива к одному из, может быть, самых неочевидных и менее всего культурно артикулированных, что ли, видов счастья: к счастью бессобытийного, до- и пост-событийного. Не содержащая в себе, кажется, ни единого прямого, в лоб, этического суждения, - книга вся насквозь и целиком этична: её пронизывает этичнейшее из всех чувств – внимательная благодарность. Жизни в целом. Миру. Бытию. Книга (может быть, сама того не ведая! Не мысля этого как прямого послания!) – о крупности повседневного существования, о раскрытости его мировому целому. О том, что никогда нет ничего только «повседневного», то есть – одномерного, плоского и сиюминутного: всё объёмно, всё полно прошлым и будущим, возможным и невозможным, сбывшимся и несбывшимся, в каждой из обступающих нас вседневно мелочей отражается – да и содержится - небо

Этот необычный ежедневник поможет вам следить за своей фигурой наиболее эффективно. Ведь главное при соблюдении самой действенной, кремлевской, диеты - это правильно подсчитывать очки при каждом приеме пищи. С помощью нашей книжечки вы сможете не только это: учет килограммов, с которыми вы расстались, счетчик, образцы меню Бонус - лучшие «кремлевские» рецепты!

Ох уж эти мужчины! Сами не знают чего хотят. Павел всю жизнь пытался обскакать своего старшего брата, но не задумался ни разу, зачем это ему. Ведь братья – это же все равно навсегда. Не отставал от него и Александр. И если в бизнесе или в любви он оказывался не первым, то уж в вопросах морали и эстетики равных ему, как он сам считал, не было. А лучше бы братья Светловы задались вопросом: чего хотят женщины? Ведь жизнь полна сюрпризов, и в один прекрасный момент именно женщины взяли управление братьями в свои нежные руки

Имя Николая Ивановича Ежова известно почти любому человеку в нашей стране и многим за ее пределами. В данной книге на основе никогда ранее не публиковавшихся архивных документов, в том числе и материалов его 12-томного следственного дела, рассказывается об основных этапах жизни Н. И. Ежова, при этом первоочередное внимание уделяется его деятельности на посту наркома внутренних дел СССР в период массовых репрессий конца 30-х гг. прошлого века. Другим главным действующим лицом книги является И. В. Сталин, который, говоря словами известного советского писателя А. А. Фадеева, «выращивал Ежова, как садовник выращивает облюбованное им дерево». Взаимоотношения этих двух людей, начиная с момента расследования обстоятельств убийства С. М. Кирова в декабре 1934 г. и вплоть до финальной точки, поставленной в феврале 1940 г., являются важной сюжетной канвой данного исторического исследования

Сталинский нарком» Николай Иванович Ежов — одна из самых зловещих и вместе с тем загадочных фигур нашей истории. Его имя стало нарицательным и понятие «ежовщина» ассоциируется с наиболее жестоким периодом сталинских репрессий. При Ежове, под его непосредственным руководством, по его указаниям было расстреляно около семисот тысяч человек, брошено в тюрьмы и лагеря около трех миллионов. Фамилия Ежов упоминается во всей исторической литературе о трагедии нашего народа в тридцатые годы, но до сих пор книги оЕжове не было. Так кто же он «кровавый карлик», «сталинский нарком» Николай Иванович Ежов?

Я жду, когда окончится гроза, и смотрю на темнеющий в углу клубок ниток. Едва заслышится раскат грома, как клубок вдруг начинает ершиться, становится больше, и, если подойти ближе, можно заметить, как он часто и взволнованно дышит. Конечно, только издали можно принять колючий шарик с хвостом за клубок ниток. На самом деле передо мной два друга — Тимка и Невидимка. Тимка — ёж, Невидимка — мышонок