…Я жду выноса тела Жозе Матиаса – Жозе Матиаса де Албукерке, племянника виконта де Гармилде… – такой изысканный молодой человек, белокурый, как пшеничный колос, с закрученными вверх усами странствующего рыцаря и слабо очерченным безвольным ртом. Истинный дворянин, с утонченным и строгим вкусом. И пытливым умом, одержимым важнейшими идеями века и таким острым, что постиг мою «Защиту гегельянской философии». Этот образ Жозе Матиаса относится к 1865 году, так как последний раз я столкнулся с ним морозным январским вечером в одном из подъездов па улице Сан-Бенто; он был одет в медового цвета изорванный на локтях сюртук, дрожал от холода, и от него отвратительно пахло водкой…

В авантюрном романе Александра Дюма (1849), основанном на подлинных исторических фактах, повествуется о событиях, предшествовавших Великой французской революции, о последних годах правления Людовика XV — начале царствования Людовика XVI и Марии-Антуанетты. В центре романа — образ таинственного графа Калиостро (он же — Жозеф Бальзамо), великого магистра, руководящего скрытыми силами французского общества. Это первый роман серии «Записки врача», в которую входят «Ожерелье королевы», «Анж Питу», «Графиня де Шарни

В авантюрном романе Александра Дюма (1849), основанном на подлинных исторических фактах, повествуется о событиях, предшествовавших Великой французской революции, о последних годах правления Людовика XV — начале царствования Людовика XVI и Марии-Антуанетты. В центре романа — образ таинственного графа Калиостро (он же Жозеф Бальзамо), великого магистра, руководящего скрытыми силами французского общества. Это первый роман серии «Записки врача», в которую входят «Ожерелье королевы», «Анж Питу», «Графиня де Шарни

…Конец XVIII века. Наполеону двадцать шесть лет. Он стремительно движется вперед, к завоеванию Европы и к французскому трону, захватывая территорию за территорией. Он одерживает невероятные победы, а на устах его имя единственной — Жозефина. Честолюбие, слава, богатство — это лишь одна сторона его жизни. Другая — любовь. Эта книга о начале отношений Наполеона и Жозефины, о бурной страсти, не знающей логики и доводов разума, — страсти человеческой на фоне потрясений нации, охваченной революцией. Это рассказ о женщине, без труда покорившей сердце великого полководца, о котором мечтали тысячи женщин. Книга рассчитана на широкий круг читателей

Жозефина. Это имя облетело всю Америку после серии телепередач с участием новой «звезды» шоу-бизнеса. Столь же ошеломительный успех ожидал и одноименную книгу, вышедшую несколько лет спустя. Сам президент Соединенных Штатов удостоил вниманием Жозефину после одного из ее выступлений по телевидению. Перед нами остросюжетный, психологически тонкий рассказ об Америке и американцах, который Жаклин Сьюзен считала своим лучшим произведением. Эта книга, изданная в США под названием «Каждую ночь, Жозефина!», на русском языке публикуется впервые. Эта книга завершает пятитомное собрание сочинений Жаклин Сьюзен, куда вошли практически все произведения известной американской писательницы. В столь полном объеме творчество Жаклин Сьюзен, чье имя занесено в Книгу рекордов Гиннесса (произведения этой писательницы изданы рекордными тиражами), на русском языке представлено впервые

Армия. Франция. Жозефина», – произнес Наполеон перед смертью. Хотя он был вынужден развестись со своей первой женой по причине ее бездетности, Император любил Императрицу до конца дней и умер с ее именем на устах. Говорят, даже в юности эта невысокая креолка не могла назваться красавицей, но под взглядом ее колдовских глаз с невероятно длинными ресницами, услышав ее волнующий низкий голос, мужчины теряли голову. Говорят, она была «до мозга костей аморальна», – но Жозефина просто спешила жить, позабыв о былых невзгодах, ведь до знакомства с Наполеоном ей пришлось пройти все круги женского ада: неудачное замужество, презрительное невнимание первого супруга, безденежье, даже тюрьму… Говорят, она выходила за генерала Бонапарта, который был младше ее на шесть лет, по расчету – он заплатил ее огромные долги, она ввела его в высший свет, – но стоило его страсти чуть остыть, как горячая кровь Жозефины взяла свое – о сценах ревности, которые она закатывала Императору, судачила вся Франция, а его семейные скандалы прославились не меньше его громких побед. Сам Наполеон однажды обмолвился, что никогда не умел справляться с женщинами, вот ведь и Россия тоже женского рода… Читайте новый роман от автора бестселлеров «Княгиня Ольга», «Нефертити» и «Клеопатра» – поразительную историю первой французской Императрицы, которая держала «под каблуком» самого Бонапарта!

В книгу известного австрийского писателя С. Цвейга (1881—1942) вошли романизированная биография Жозефа Фуше – министра юстиции Франции XIX века, создателя системы политического сыска и шпионажа, а также новеллы и исторические миниатюры

Протас Жолтиков человек был сердитый. Его понурое лицо с ввалившимися щеками и глазами, сердито и настойчиво устремленными на вас, носило на себе вечные следы желчного раздражения. Говорил он самые любезные вещи с видом крайнего недовольства и, объясняясь вам в своей дружбе, метал на вас самые враждебные взоры…

Знаешь легенду? – спросил он и сразу же перешел к этой легенде. – В средние века один жонглер ушел в монастырь. Видит, один монах поклоны бьет, другой по-латыни шпарит, третий там больных врачует, и все стараются перед статуей Мадонны. А что он может? Вот он взял свои шарики, выбрал время, когда никого поблизости не было, встал перед Мадонной и начал кидать. Час кидает, два кидает. Сделал все, что умел. И то, что раньше не умел, тоже получилось. Чувствует – все, сил нет! Свалился. Пот градом, в глазах зеленые звездочки… И тогда Мадонна встала, сошла с пьедестала и вытерла ему лоб своим покрывалом…

Эту книжку о своей работе в Индии написал Нил Келли — специалист по рекламе с двадцатилетним стажем. «Мне нужен был один тигр и один жонглёр для пары придуманных мною рекламных клипов. Жонглёр должен был жонглировать пятью факелами, но затем вдруг уронить их, поскольку маленький мальчик в первом ряду зрителей доставал «Каплю молока» от кондитерской фабрики в Hагпуре, и, увидав конфету, артист уже не мог сосредоточится на своём номере. Жонглёры в Индии есть точно — я сам видел одного в цирке-шапито неподалёку от Красного Форта в Дели. Hасчёт тигров я был уверен меньше — мне их встречать не доводилось. Hо с жонглёром проблем быть не должно — это говорили все, кого я спрашивал

Два замечательных романа на вечную тему — два романа о любви. Романтичная, тонкая, лиричная «Жонкиль» англичанки Дениз Робинс и блистательная «Жюстина» Лоренса Даррелла, не случайно названная так же, как и нашумевший в свое время роман маркиза де Сада: чувства в нем столь же изысканы, экзотичны, и он не менее глубоки психологически и философски. Можно только позавидовать читателям, которые впервые откроют для себя волшебный мир этих авторов

Алексей Костарев родился и вырос в большом таком городе Новосибирске, в Екатеринбург же перебрался в 1990 году осенью. Вообще-то, по непроверенным сведениям, он держал путь в Питер, но так случилось, что не доехал (бывает, знаете ли). И стал в нём жить, в Екатеринбурге то есть. Уже живя в Москве, я вдруг узнал, что Алексей пишет не только песни но и прозу, и я был, мягко говоря, поражён — по моему, сугубо личному мнению, то что он делает сейчас просто великолепно. Такого в современной, по крайней мере издающейся сейчас, литературе нет. Это не удивительно — это скорее грустно. Ну и всё такое… как любил заканчивать свои, порой не очень вразумительные, мысли замечательный писатель Чарльз Буковски. Впрочем, всё сказанное здесь об Алексее не важно. Ведь пишет-то «собака» замечательно! С уважением,

Данное эссе является вполне серьезным исследованием и написано автором, добросовестно относящимся к своей работе. Пошлость — то, что в ней тщательно избегается, насколько это возможно для произведения с подобным названием, ориентированного на не очень узкий круг читателей

роман-памфлет „Жора Жирняго“ опубликован <...> в „Урале“, № 2, 2007, — а ближе места не нашлось. <...> Московские „толстяки“ роман единодушно отвергли, питерские — тем более; книжного издателя пока нет и, похоже, не предвидится <...> и немудрено: либеральный террор куда сильнее пресловутого государственного. А петербургская писательница <...> посягает в последнее время на святое. Посягает, сказали бы на языке милицейского протокола, с особым цинизмом, причем в грубой и извращенной форме. ...в „Жоре Жирняго“, вековечное „русское зло“, как его понимает Палей, обрело лицо, причем вполне узнаваемое и даже скандально литературное, хотя и не то лицо, которое уже предугадывает и предвкушает заранее скандализированный читатель.» (Виктор Топоров: «Большая жратва Жоры Жирняго», «Взгляд», июнь 2008)

Художник получает правильную оценку лишь через сто лет после своей смерти! Это печально? Нет. Это просто глупо». Это замечание Жоржа Бизе (1838–1875) в письме к Леони Галеви, несмотря на кажущуюся парадоксальность, в общем недалеко от истины. Исследования французских музыковедов, появившиеся лишь спустя немалое количество лет после его кончины и, в своем большинстве, не претендовавшие на полный охват творчества автора «Кармен», и работы русских исследователей были весьма ограничены отсутствием в то время целого ряда манускриптов великого композитора, в том числе относящихся к таким сочинениям, как «Кубок Фульского короля», «Иван Грозный», «Сид» и другие. Обнаружение значительного количества этих рукописей, а также поистине подвижнический труд Г. Филенко, собравшей и опубликовавшей в 1963 году почти все дошедшие до нас письма Бизе, открывают новые перспективы в изучении творческого наследия композитора, трагических обстоятельств его жизни и тайны его безвременной гибели. Предлагаемая книга H. H. Савинова — одна из первых отечественных работ, наиболее полно и всесторонне освещающая биографию жизни и творчества великого композитора. Многие иллюстрации публикуются в России впервые

Эти биографические очерки были изданы около ста лет назад отдельной книгой в серии «Жизнь замечательных людей», осуществленной Ф. Ф. Павленковым (1839—1900). Написанные в новом для того времени жанре поэтической хроники и историко-культурного исследования, эти тексты сохраняют по сей день информационную и энергетико-психологическую ценность. Писавшиеся «для простых людей», для российской провинции, сегодня они могут быть рекомендованы отнюдь не только библиофилам, но самой широкой читательской аудитории: и тем, кто совсем не искушен в истории и психологии великих людей, и тем, для кого эти предметы – профессия

Захватывающий биографический роман Андре Моруа посвящен жизнеописанию французской писательницы Авроры Дюдеван (1804–1876), произведения которой печатались под псевдонимом Жорж Санд. Ее творчество было широко известно русскому читателю еще в позапрошлом веке, высокую оценку давали ему Белинский и Чернышевский. История жизни Жорж Санд — это история женщины, которая по своему происхождению стояла на грани двух различных классов общества, а по своему воспитанию — на рубеже двух столетий: XVIII с его рационализмом и XIX с его романтизмом

Эти биографические очерки были изданы около ста лет назад в серии «Жизнь замечательных людей», осуществленной Ф.Ф.Павленковым (1839—1900). Написанные в новом для того времени жанре поэтической хроники и историко-культурного исследования, эти тексты сохраняют ценность и по сей день. Писавшиеся «для простых людей», для российской провинции, сегодня они могут быть рекомендованы отнюдь не только библиофилам, но самой широкой читательской аудитории: и тем, кто совсем не искушен в истории и психологии великих людей, и тем, для кого эти предметы – профессия