Эта книга — о судьбах молодых и старых людей, об их самоотверженности, благородстве и патриотизме. Чтобы роман был правдивым, я попросила бывших участников Сопротивления помочь мне. Они откликнулись горячо и охотно. Вспоминали свою жизнь в подполье, приносили документы и фотографии, советовали, поправляли меня, если я ошибалась. Некоторых из этих людей ты встретишь здесь — они стали героями книги. Мне хочется от всей души поблагодарить советских и французских друзей, которые так помогли мне: Вадима Александровича Барсука, Матвея Яковлевича Боярского, Базиля Кальфа, Игоря Александровича Кривошеина, ныне покойного Гастона Лароша, Николая Николаевича Роллера, Шарля Тийона, Георгия Владимировича Шибанова, Михаила Михайловича Штранге, Константина Константиновича Хазановичи. Н. Кальма

Происходит что-то страшное. На протяжении последних трёх месяцев бесследно исчезают главные и ведущие редакторы крупных издательств, специализирующихся на выпуске фантастической и приключенческой литературы. Санкт-Петербург, Москва, Нижний Новгород, Киев, Берлин, Гамбург, Тель-Авив. Сегодня пришла информация, что похищение известного книжного магната зафиксировано и в Нью-Йорке… Что происходит, господа и дамы? Куда катится наш безумный, призрачный и странный Мир?

История появления на Руси книгопечатания запутана до безобразия. Запутана не в датах, не в людях, не в цифрах, а в мотивах. Верить, что грандиозный печатный проект – шаг к массовому распространению грамотности – случился у нас просто так, из «необходимости обеспечения монастырей и приходов православной литературой и служебными книгами», — это все равно, что верить, будто проект «Манхэттэн» разрабатывался для улучшения иллюминации в День Независимости. Или, что атомная бомба очень нужна была для глубинного глушения рыбы. Можно еще верить, что первые полеты в космос совершались как приложение к программе построения коммунизма среди инопланетных цивилизаций, или для улучшения национальной гордости великороссов. Нет, братья! Эти дела просто так не делаются! События такого масштаба происходят при полном напряжении народных сил, на грани срыва, у последней черты. Вот, примерно такой финт Русская Фортуна совершила в незапамятные 1560-е годы. Именно такой бомбой явилась тогда в мир черная строчка на белой бумаге. Впрочем, смотрите сами

Вы любите заглянуть в чужое окно? Навести бинокль на чужую постель? Читать чужие письма? Понятно, что нельзя, но если бы вдруг оказалось – можно?.. Все совершали и продолжают совершать плохие поступки, все хороши! Две неразлучные подруги, тоненькая, большеглазая, похожая на холодного боттичеллиевского ангела Зина и пухленькая, похожая на шаловливого рубенсовского ангела Ася. Одна упертая максималистка, другая легкого поведения, легкого, как воздушный шарик. И обе отнимут друг у друга все, что им нужно… А вот как они поделят ЕГО?

Приключения книжных и реальных героев

Январь 1939 года. Германия. Страна, затаившая дыхание. Никогда еще у смерти не было столько работы. А будет еще больше. Мать везет девятилетнюю Лизель Мемингер и ее младшего брата к приемным родителям под Мюнхен, потому что их отца больше нет — его унесло дыханием чужого и странного слова «коммунист», и в глазах матери девочка видит страх перед такой же судьбой. В дороге смерть навещает мальчика и впервые замечает Лизель. Так девочка оказывается на Химмельштрассе — Небесной улице. Кто бы ни придумал это название, у него имелось здоровое чувство юмора. Не то чтобы там была сущая преисподняя. Нет. Но и никак не рай. «Книжный вор» — недлинная история, в которой, среди прочего, говорится: об одной девочке; о разных словах; об аккордеонисте; о разных фанатичных немцах; о еврейском драчуне; и о множестве краж. Это книга о силе слов и способности книг вскармливать душу. Иллюстрации Труди Уайт

Полгода пять женщин и один мужчина каждый месяц собираются, чтобы обсудить очередной роман Джейн Остен. Шесть книг, шесть участников книжного клуба, шесть месяцев. Пока существует книжный клуб, испытываются браки, завязываются романы, неудачные пары понимают, что созданы друг для друга, и внезапно случается любовь. Или, быть может, это всего лишь сюжеты для следующих романов — только чьих? Карен Джой Фаулер? Джейн Остен? Кто теперь разберет? Калифорния, XXI век. Казалось бы, при чем тут классик английской литературы? Но два столетия назад Остен писала о том же. Прошло двести лет. В «Книжном клубе Джейн Остен» Карен Джой Фаулер прямо обратилась к английской писательнице, и в одном романе переплелись голоса двух проницательных и остроумных женщин, мастеров блестящей социальной комедии. Если бы Джейн Остен жила в XXI веке, она бы писала так

Перед вами — «человеческая комедия» по Тибору Фишеру. Комедия злая, жутковатая — и отчаянно смешная. Сборник рассказов, каждый из которых одновременно и своеобразная «игра в бисер» — и весьма «соленый» анекдот. От английских тюрем — и до берлинских богемных кварталов… От Румынии — и до Лазурного берега… Но прежде всего — от Лондона! Читайте — и наслаждайтесь!

Может ли на свете существовать какая-либо причина, по которой тебе приспичило защебетать на французском языке? Проснувшись в то утро, Фред без предупреждения заговорил по-французски. Оставив жену в растерянных чувствах, он всю дорогу до работы ломал себе голову над тем, что же это может быть. Хорошо, что он работал в университете. fantlab.ru © ozor