Жизнь командира взвода спасателей Александра Хабарова в силу профессии насыщена экстремальными ситуациями. Оказавшись среди заложников, Хабаров меняет свою жизнь на свободу приговоренных бандитами людей. Он понимает, что жить ему только до утра…

Говорят, что в каждом человеке живет еще кто-то, какая-то вторая личность, которая порой толкает нас на непредсказуемые поступки, а иногда, наоборот, защищает от ошибок. А теперь представьте, что этих личностей внутри вас — шестнадцать, каждая со своими воззрениями и привычками, вкусами и предпочтениями, у каждой свои таланты и навыки. Что это — Божий дар? Особое состояние психики? Или шутка, которую наше подсознание стремится сыграть с нами? Все, что вы прочтете в этой книге, удивит и поразит вас. Но это не вымысел, это история жизни реально существовавшей женщины. На этот случай ссылаются в своих трудах известнейшие психологи и психоаналитики мира

По мотивам сказок…и анти-сказок

Роман-детектив, написанный знаменитым актером, с кинематографической точностью представляет героев на изломах Эпохи. «Кинематограф, театральное действо проглядывают сквозь строки романа. Близко к сценарному построению текста, сжато и точно выписаны характеры. Действие развивается поразительно быстро, но без спешки, что дает возможность следить за приключениями героев этого „детектива“. Кавычки, в которые взято слово, обозначающее жанр… Уместны они? И да, и нет. К месту они потому, что детектив — верно найденная форма повествования. Чтобы держать читателя в напряжении. А не совсем к месту потому, что роман — не об очередной криминальной разборке в стиле „бандитских 90-х“, не о переделе собственности, равной по масштабу России, и даже не о психологическом поединке умного и опытного следователя с умным и опытным преступником. Роман — „о времени и о себе“. О том чудовищном историческом разломе, куда все мы попали и продолжаем попадать. Иными словами, это роман человека, наверняка знающего, что „о времени и о себе“ — тема вечная и проблема тоже вечная. В искусстве, а уж тем более в русской литературе. Теперь значительная часть этого громадного опыта превратилась в роман. Какими неведомыми путями произошло это? Как мысли и чувства одного художника, преображаясь и многократно изменяясь, оказываются в поле зрения… то есть в поле душевной тревоги другого? Пути эти бесконечно далеки от нас. И близки нам всегда. Невероятно близки». Владимир Вестер