Герой романа «ВИТЧ» журналист Максим Терещенко в конце девяностых возвращается в Россию после эмиграции и пытается «ухватить» изменчивую реальность современной России. Неожиданно ему поступает «заказ» — написать книгу о малоизвестных писателях-диссидентах семидесятых. Воодушевленный возможностью рассказать о забытых ныне друзьях, герой рьяно берется за дело. Но… все персонажи его будущей книги таинственно исчезли, словно и не существовали вовсе. Поиски их приводят к неожиданному результату…

Уважаемые россияне, вчера мною, Президентом Российской Федерации, был подписан указ за номером № 1458 о мерах по обеспечению безопасности российского литературного наследия…» Так в нашу жизнь вошел «ГЕНАЦИД» — Государственная Единая Национальная Идея. Каждому жителю деревни Большие Ущеры была выделена часть национального литературного наследия для заучивания наизусть и последующей передачи по наследству… Лихо задуманный и закрученный сюжет, гомерически смешные сцены и диалоги, парадоксальная развязка — все это вызвало острый интерес к повести Всеволода Бенигсена: выдвижение на премию «Национальный бестселлер» еще в рукописи, журнальная, вне всяких очередей, публикация, подготовка спектакля в одном из ведущих московских театров, выход книжки к Новому году. «Новый год, кстати, в тот раз (единственный в истории деревни) не отмечали»…

Всеволод Бенигсен ярко дебютировал романом «ГенАцид» (премия журнала «Знамя», лонг-лист премии «БОЛЬШАЯ КНИГА»). Следующие книги — «Раяд» и «ВИТЧ» подтвердили первое впечатление: этот молодой автор мастерски придумывает истории, в которых социальная фантастика тесно соседствует с «психологией», и для него не существует табу, особенно когда речь идет о советских мифологемах. Его предшественниками называют Войновича, Искандера, Юза Алешковского. Короткая проза Всеволода Бенигсена замешана на гротеске. Черный юмор a la Мамлеев соседствует с просто смешными рассказами

Всеволод Бенигсен – возможно, самый успешный дебютант прошлого года: его первый роман вошел в списки соискателей нескольких литературных наград, автор стал лауреатом премии журнала «Знамя». Несмотря на то, что в «Раяде» Бенигсен по-прежнему работает в жанре социальной фантастики и размышляет об «особом русском пути», его новый роман – произведение не столько юмористичное, сколько ироничное и чуть более мрачное. Видимо, оттого, что «Раяд», если можно так выразиться, актуален до безобразия. И дело тут не только в том, что идея расово чистой Москвы (а может, и всей России?) так злободневна, но и в том, что отчаянно соблазнительна. Многие герои романа с удовлетворением восприняли появление в столице «зоны, свободной от иммигрантов». Историческая трагедия, к которой это может привести, на Руси уже случалась, считает писатель. Но это, конечно, его фантазия. На самом деле, это может случиться с нами в будущем, если мы плохо прочтем роман «Раяд

21 июня 1941 года. Cоветский кинорежиссер Фролов отправляется в глухой пограничный район Белоруссии снимать очередную агитку об образцовом колхозе. Он и не догадывается, что спустя сутки все круто изменится и он будет волею судьбы метаться между тупыми законами фашистской и советской диктатур, самоуправством партизан, косностью крестьян и беспределом уголовников. Смерть будет ходить за ним по пятам, а он будет убегать от нее, увязая все глубже в липком абсурде войны с ее бессмысленными жертвами, выдуманными героическими боями, арестами и допросами… А чего стоит переправа незадачливого режиссера через неведомую реку в гробу, да еще в сопровождении гигантской деревянной статуи Сталина? Но этот хаос лишь немного притупит боль от чувства одиночества и невозможности реализовать свой творческий дар в условиях, когда от художника требуется не самостийность, а умение угождать: режиму, народу, не все ль равно?