Мы постарались дать в этой книге картину русского анархизма первой четверти ХХ века применительно к интересовавшему нас еврейскому вопросу. Диапазон взглядов анархистов на проблемы еврейского народа поразительно широк: от крайнего антинационализма и космополитизма - до смыкания с еврейским национально- освободительным движением. Не выдерживают критики утверждения некоторых авторов об антисемитском характере деятельности ряда анархистских повстанческих движений в России. Идеологи классического анархизма были носителями интернационалистического мировоззрения, а в среде рядовых участников движения евреи играли одну из ведущих ролей. Первая анархистская группа, действовавшая на территории Российской империи, состояла исключительно из евреев, а российская анархистская пресса вела свое происхождение от газет и журналов, выходивших на языке идиш. Фактически российский анархизм зародился в среде еврейских рабочих-эмигрантов, покинувших пределы империи и обосновавшихся в странах Западной Европы. Огромную помощь им оказал мятежный князь П.А. Кропоткин. Самое массовое народное анархистское движение в России в послереволюционный период - махновщина - также было тесно связано с беднейшими слоями еврейства. Интеллектуальная верхушка махновского повстанчества, в первую очередь, секретариат украинской анархо-синдикалистской конфедерации "Набат", почти полностью состояла из евреев. Здесь можно привести имена В.М.Волина (Эйхенбаума), А. Барона (Полевого), Марка Мрачного (Кливанского), Давида Когана, Льва Рубана, Ольги Таратуты, ЯАлого (Суховольского), И. Гутмана (или Готмана, он же Эмигрант), И.Теппера, Аккермана, Гофмана и других. В махновском Реввоенсовете и Культпросвет отделе было множество евреев, определявших идеологию самого повстанческого движения. Все руководство контрразведки махновцев также состояло из евреев: Я.Глазгон, Х.Цинцинер, Гордин, братья Л. и Д. Зиньковские (Задовы) и др. Интеллектуальный уровень анархистов теоретиков, принимавших непосредственное участие в повстанческом движении, был высок: например, Волин, например, одно время возглавлявший реввоенсовет, свободно разговаривал на 13 языках, был великолепным оратором, а, находясь в эмиграции, прекрасно чувствовал себя в любом обществе и вращался среди изысканной публики