Повесть Михаила Гиголашвили открывает нечто вряд ли известное кому-либо из нас. Открывает, убеждая в подлинности невероятных судеб и ситуаций. Сам автор присутствует в происходящем, сочетая как минимум две роли — переводчика и наблюдателя. Давний выходец из России, он лучше въедливых немецких чиновников разбирается в фантастических исповедях «дезертиров» и отделяет ложь от правды. Разбирается лучше, но и сам порой теряется, невольно приобщаясь к запредельной жизни беглецов. Герои повествования не столько преступники (хотя грешны, конечно, с законом вечно конфликтуют), сколько бедолаги с авантюристической жилкой. «Дезертиры» в той мере, в какой, удрав из родных краев, пытаются получить политическое убежище в Германии, которая, искупая свою вину за гитлеровские злодеяния, обязалась давать кров и работу каждому, кто придерживается прогрессивных взглядов, подвергается гонениям. Беженцы со всех концов земли устремляются сюда в надежде на сладкую жизнь. Наши соотечественники, внуки воевавших с вермахтом, в первых рядах. Будь то русские, чеченцы, украинцы. Отказ сражаться в Чечне (независимо на какой стороне) — одна из главных причин и для бившихся в Грозном, и для не ведающих, где находится этот город. Но не ведают они частенько не только географии, но и собственной биографии. Раз за разом пытаясь осесть в сказочной, как им мнится, стране, терпя неудачу за неудачей, меняя фамилию, имя, национальность, документы, иные из них перестают понимать, когда творят очередную легенду о себе страдальце, а когда приближаются к правде. Лукавство лукавством, но и полный раскардаш, внутреннее смятение. Тюремные нары не исключены ни для кого из тех, кому посвящена эта повесть. Канары — перспектива менее вероятная. Впрочем, чем черт не шутит