30 декабря 2012 года всемирно известному советскому диссиденту Владимиру Буковскому исполнится 70 лет, причем половину из них он прожил в Кембридже — в крохотном, по-английски промозглом и по-русски прокуренном домишке с камином и запущенным садиком. Это аскетичное жилище, куда некогда сходились все нити советской политэмиграции и где находился ее мозговой центр, Владимир Константинович купил на гонорар за первую автобиографическую книжку «И возвращается ветер...», а написал он ее сразу после того, как в 1976-м его обменяли на Генерального секретаря Чилийской компартии Луиса Корвалана. Думаю, не будь этого повода вытолкать Буковского из страны, наши вожди и кормчие придумали бы другой, — слишком уж много крови попортил им неистовый бунтарь и «хулиган». Его пытались раздавить, сломить угрозами, арестами, психиатрическими диагнозами и длительными отсидками (всего Владимир Константинович провел за решеткой 12 лет), но он не покаялся, не попросил о помиловании, не отказался ни от одного своего слова и не сдал никого из товарищей («Сегодня это дело кажется мне безнадежным — именно поэтому я на него соглашаюсь», — любил говорить Буковский)