Лорда Байрона (1788–1824) представлять русскому читателю не нужно. Стоит только представить ему маленькую поэму «Вальс». Эту шуточную поэму Байрон написал осенью 1812 г. на курорте в Челтнэме, и она была напечатана без подписи автора в 1813 г. По мнению советских исследователей, для Байрона эта поэма «служит удобным поводом для осмеяния развращенности и пустоты света, а также для язвительной характеристики последних политических событий, которые свидетельствовали об углублении реакции внутри страны».[1] Хотя, действительно, Байрон мимоходом упоминает об обесценивании денег или о законах, позволяющих «вешать бедняков голодных», но поэма в основном — не об этом. Она — о том, что вальс, пришедший из Германии и ставший модным в Англии, в отличие от всех прежних великосветских танцев, предоставляет немалые возможности для физической близости: по Байрону, вальс — это не столько танец как таковой, сколько эмблема сексуальности общества. Может быть, именно из-за «неприличности» этой темы советские издатели поэму «Вальс» недолюбливали. Действительно, вальс поначалу вызвал в Англии не только восторг, но и серьезную оппозицию. Противники этого танца подняли шум, матери запрещали его танцевать своим дочкам, каждая бальная зала становилась полем битвы. Как пишет мемуарист, капитан Р. Х. Гроноу, лишь «когда русский царь Александр I, туго затянутый в мундир, украшенный множеством орденов, без стеснения (уже после выхода в свет поэмы Байрона. — Г. Б.) станцевал вальс в клубе „Альмак“, а лорд Пальмерстон закружил в вальсе госпожу Ливен»,[2] предубеждение против вальса испарилось, и он стал стандартным, общепринятым танцем