Перевод А. Мищенко Оригинальное издание: Дайсэцу Судзуки «Мистицизм христианский и буддийский». Киев, «София», 1996

Имя Томаса Мертона — писателя, монаха, мистика, поэта, социального и литературного критика, переводчика и комментатора — недостаточно известно российскому читателю. Давняя публикация его переписки с Борисом Пастернаком в “Континенте”; тонкая книжечка “Новые семена созерцания” (М., 1997) и несколько случайных статей и стихотворений, затерявшихся в море “благочестивой” печатной продукции последних лет; его биография, написанная Джимом Форестом (Джим Форест. Живущий в премудрости. — М.: Истина и жизнь, 2000); восторженное, но далеко не всегда верное изложение его взглядов в религиозно-философских отделах толстых газет и солидных журналов; фантастические пересказы его биографии в Интернете, которые даже не хочется опровергать; наконец, тенденциозная статья в поп-энциклопедии “Мистики ХХ века” (главный на сегодняшний день источник информации для оккультно ориентированных энтузиастов Мертона) — вот, похоже, и все. Между тем, книги Мертона — а их более семидесяти, включая дневники, которые он вел всю жизнь, и обширнейшую переписку, — тридцать пять лет спустя после его смерти продолжают переиздаваться, новые биографии и воспоминания выходят в свет, в разных странах возникают общества изучения его наследия, количество диссертаций и научных работ, интерпретирующих его творчество, исчисляется сотнями и увеличивается с каждым годом. Определенно, этот монах с широкой улыбкой на загорелом лице и крепкими руками крестьянина представляет собой загадку. Мертон не вписывается ни в одну из готовых схем, сколько бы мы ни старались ввести его в рамки. В лучшем случае удается описать его как глубоко противоречивый, романтически-контрастный тип — монах и бунтарь, католик и дзен-буддист, молчальник и мастер слова, — что, конечно, делает его понятнее, но вряд ли приближает нас к разгадке. Ведь то, что на первый взгляд представляется противоречием, таковым для Мертона отнюдь не являлось — он жил и осознавал себя в ситуации экзистенциального парадокса, не примиряющего, а попросту отменяющего всякие противоречия. Эта свободно и ответственно принятая позиция была оплачена всей его незаурядной жизнью. Как Иона во чреве кита, Мертон плыл к своему назначению “во чреве парадокса”. Краткая хронология жизни Томаса Мертона 1915, Франция — 31-го января у четы художников — новозеландца Оуэна Мертона и американки Руфи Дженкинс — родился сын Томас. 1916 — семья Мертонов переезжает в США, где Томас более или менее постоянно живет у деда с бабкой в Дугластоне. 1921 — Руфь Дженкинс умирает от рака. 1922 — Томас с отцом уезжает на Бермуды. 1925 — переезжают во Францию. 1926-1932 — Томас учится в лицеях и частных школах Франции и Англии. 1932 — Оуэн Мертон умирает от опухоли мозга. 1933 — Томас путешествует по Италии, проводит лето в США, осенью начинает учиться в Кембридже (французский и итальянский языки и литература). 1934 — по настоянию опекуна и родственников уходит из Кембриджа и переезжает в США. 1935 — поступает в Колумбийский университет. 1938 — заканчивает учебу со степенью бакалавра и поступает в аспирантуру Колумбийского университета. Учится и работает над диссертацией по английской литературе. 1938 — крещен в католичество. 1940-1941 — преподает английский язык и литературу в Колледже святого Бонавентуры. 1941 — поступает послушником в Гефсиманский монастырь католического Ордена траппистов в штате Кентукки. Траппистский орден относится к числу созерцательных: трапписты не занимаются ни педагогической, ни миссионерской, ни социальной деятельностью. Они молятся и трудятся. Кредо траппистов — “активное созерцание”. Монастыри существуют на полном самообеспечении (ежедневная физическая работа обязательна для всех) — трапписты знамениты производством сыров и пива — и отличаются особенно суровым уставом. Быт трапписта, действительно, коммунальный: у монаха нет ничего своего, даже кельи — он спит в большом дормитории вместе с десятками братьев. Траппистов часто называют молчальниками, что в известном смысле верно: хотя траппистские монахи и не дают обета молчания, они имеют право разговаривать только со старшими по иерархии и в особых случаях — с посторонними. Для общения друг с другом выработан язык жестов. 1944 — принимает простые монашеские обеты. Издана первая книга стихов — “Тридцать поэм”. 1947 — принимает постоянные монашеские обеты. 1948 — издана автобиография Мертона, “Семиярусная гора”; успех превосходит все ожидания — книга становится бестселлером. 1949 — Рукоположен в священники. “Семена созерцания”, “Вода Силоэ”. 1951-1955 — Наставник схоластиков (монахов, готовящихся к принятию священнического сана). 1951 — “Восхождение к истине”. 1953 — “Знак Ионы”. 1955 — “Человек — не отдельный остров”. 1955-1965 — Наставник новициев. 1957 — “Безмолвная жизнь”. 1958 — “Мысли в уединении”. 1960 — “Спорные вопросы”. 1961 — “Новый человек”. 1964 — “Семена разрушения”. 1965 — “Ганди о непротивлении”. “Путь Чжуаня Цзы”. 1965-1968 — получает разрешение на отшельничество: живет на территории монастыря в уединенном доме. 1967 — “Мистики и дзенские наставники”. 1968 — “Монашеский пруд”, “Вера и насилие”, “Дзен и птицы аппетита”. 1968, 10-е декабря — Томас Мертон (в монашестве — отец Луи) погибает в Бангкокской гостинице (удар током от неисправного вентилятора) в Тайланде, куда он приехал для участия в конференции азиатских бенедиктинцев и цистерцианцев

Томас Мертон (1915-1968), монах Ордена траппистов, - один из самых значительных духовных писателей XX века. Знаменитым его сделала вышедшая в 1947 году автобиография под названием «Семиярусная гора». Затем последовали ставшие духовной классикой сборники эссе о духовной жизни - «Семена созерцания», «Человек - не остров», дневник «Знамение Ионы», сборники статей «Спорные вопросы», «Порыв в неизреченное» и многое другое. «Одинокие думы» появились на свет в маленьком скиту, неподалеку от монастыря траппистов в Луисвилле (штат Кентукки, США), где Мертон впервые ощутил, что такое настоящее уединение. «В моей книге, - писал он, - нет ничего, чего бы уже не сказали (и сказали гораздо лучше) шумящие на ветру сосны. Эти строки - всего лишь эхо тишины и мира, которые почти осязаемы, когда дождь льет на окрестные холмы и леса». под редакцией Наталии Трауберг