Русский Петр I хотел сделать нас немцами, а немка Екатерина II – русскими», – писал известный острослов кн. Вяземский. Да, принцесса из захолустного прусского княжества Софья Августа Фредерика Ангальт-Цербская захватила российский престол незаконно, свергнув собственного мужа. Да, она до конца жизни говорила по-русски с сильным акцентом, а ее «безграмотность» вошла в анекдоты (говорят, Екатерина делала по четыре ошибки в слове из трех букв – вместо «еще» писала «исчо»). Да, «доброе сердце» и «душа республиканки» не помешали императрице беспощадно подавить Пугачевский бунт и превратить крепостных крестьян фактически в рабов. Но почетное звание Великой она носит по заслугам, а ее 34-летнее царствование, самое долгое в нашей истории, не зря окрестили «Золотым веком»: при Екатерине население страны выросло в полтора раза, были модернизированы армия и госаппарат, отвоеваны огромные территории, а Россия стала Сверхдержавой – по словам «екатерининских орлов», «ни одна пушка в Европе без нашего разрешения выстрелить не могла». И сколько бы скабрезных анекдотов ни рассказывали про ее альковные утехи, как бы ни клеймили «северной Мессалиной», даже собственные слабости Екатерина умела обращать на пользу государству – имена ее фаворитов вписаны в русскую историю золотом, а их заслуги перед Отечеством неоспоримы. Эта книга – лучшая биография Императрицы с большой буквы, которая, не кривя душой, могла сказать о себе: «вступив на престол, я стремилась к добру» и заслужила право наравне с величайшими мужчинами называться гением власти

Очередной выпуск сборника «Пути в незнаемое» содержит очерки о поиске в самых различных сферах современной науки. Читатель найдет в нем рассказы о новом в генетике, биологии, истории, физике, археологии, агротехнике, медицине… А в числе авторов, как всегда, новые имена, с новыми своими путями в жанре научно-художественной литературы, с оригинальным, нетрадиционным подходом к освещению различных аспектов и объектов научного творчества

В этой книге речь идет о науке, которой в школе не учат, - науке жизни. Книга ограничена рамками семьи, которые на самом доле безграничны, поскольку к их пределах — и жизнь, и смерть, и бесчисленные оттенки отношений, от ненависти до любви. И радость тут, и печаль, и то счастье (подчас несчастливое), которое дарит совесть…