Надо ехать домой. И точка. Марк — опасный тип. Вообще все эти вампиры — подозрительные криминальные личности. Марк — убийца и людоед. Вампир он или телепузик — это неважно. Факт есть факт. Кому, как не журналисту, понимать, что значат факты? Он пробовал человеческую кровь, и однажды может сорваться. И тогда, сама понимаешь… Но ведь Марк не давал мне повода бояться за свою жизнь, наоборот, последние дни, я чувствовала себя с ним очень хорошо. Он понимает меня, заботится обо мне. Ни один мужчина не вызывал у меня таких ощущений, будто я нахожусь в самом безопасном месте на планете. Но Марк ведь ненавидит людей. Сегодня я нравлюсь ему, а завтра нет, и тогда все. Прощай любовь, тапочки по почте, тумбочка пополам. Да и как тут жить? Ни света, ни газа, ни воды. Как при царе Горохе. А суровой сибирской зимой я буду согреваться, расчищая сугробы до забора и обратно. Шапка-ушанка, валенки, тулуп да 100 грамм для «сугреву» — вот она мечта питерской тусовщицы

Подвал, темный и холодный. Мигающая лампочка. Я в грязной, разодранной одежде мечусь, как зверь, по этому подвалу. Одна единственная дверь, и она закрыта. Снаружи раздается детский крик: "Алиса, где ты?!" Я кидаюсь на дверь, и падаю в лужу крови за ней. С диким криком я вскакиваю и бегу по каменному, серому коридору, освещаемому огнем настенных факелов. Решетки, клетки, клыки, голодные кровавые глаза. Вампиры, сотни запертых, истощенных вампиров. Сквозь решетку они хватают меня за руки и тянут назад. Отпустите меня! Я должна бежать! "Алиса, помоги мне!" Снова детский голос зовет меня откуда-то из-за угла. Собрав все силы, я вырываюсь из когтей голодных монстров и забегаю за угол…

Иден вложила листок мне в руку и, немного отойдя, со всей силы топнула на лед и отскочила на берег. Лед треснул. Я услышала, как зловещий хруст ломающегося льда с бешеной скоростью приближается ко мне. Ветер донес смех моей удаляющейся убийцы. Хруст уже рядом. Я проваливаюсь в ледяную воду. Ну вот и все, иду ко дну, как Титаник. Спасайтесь женщины и дети. Остается моя маленькая девочка, которая уже никогда не назовет меня мамой…Остается мужчина, который любит меня, и которого, кажется, я смогла полюбить слишком поздно…Свет все дальше и дальше, я опускаюсь во тьму. Я была среди жителей ночи, хотела жить среди них, и вот умираю в кромешной тьме. Что ж, сбылась мечта идиотки…